RO / RU

Актуальное интервью. Сергей Тотиев: Хочешь, чтобы тебе было хорошо – прощай!

Просмотров: 790

TotievВ начале декабря Молдову посетил пастор Сергей Тотиев из небольшого городка Беслан, который находится в Северной Осетии, Россия. Беслан приобрел печальную известность в 2004 году, когда террористами была захвачена школа №1. Трагедия произошла 1 сентября, когда многие дети пошли в первый класс вместе с родителями. В результате штурма, который прошел после взрывов и стихийного бегства заложников, погибло более 300 человек, из них- 186 детей различных возрастов. Среди погибших были также и 2 дочери Сергея Тотиева: Дзерасса – 14 лет и Анна, которой исполнилось всего 9 лет. 12-летний сын Азмат выжил, благодаря жертве одного из сотрудников спецподразделения, освобождавшего заложников. Впервые после этой страшной трагедии, Сергей Тотиев согласился дать интервью. (Видео версия готовится к публикации)

Мы рады приветствовать вас в Молдове, Сергей Феликсович. Был ли у вас такой период, когда вы не то чтобы не могли — не хотели прощать?

Приветствую вас, а также всех, кто будет слушать и смотреть нас. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что у любого человека в жизни бывают такие ситуации, когда не хочешь прощать. И я не являюсь исключением. Но, в отличие от многих людей, я родился в верующей семье. Конечно же, как христианин, как возрожденный человек, я состоялся гораздо позже, но у меня было благословенное детство. С самого раннего возраста я помню, что такое молитвы, богослужения, проповеди. Помню, как в доме отца, тогда еще тайно, из-за запретов властей, собирались братья для обучения гомилетике, экзегетике, апологетике.

Но разве вера, научающая нас прощать, передается по наследству?

По наследству передаются грехи, а не вера. Мне было 13 лет, может кто-то посчитает этот возраст еще детским. Но ко мне вдруг пришла мысль: а вдруг это правда, что Бог существует, жизнь вечная есть, отсюда вытекает- ад тоже есть. И в сознании 13-ти летнего юноши это произвело какой-то щелчок, что-то переключилось, и с этого времени начался процесс серьезного поиска Бога. Этот процесс привел меня к осмысленному пониманию и восприятию Бога. В конечном итоге, я не только уверовал, но и стал служителем церкви, и все это я воспринимаю как благословение Божие.

А вам не было стыдно перед вашими сверстниками, ведь тогдашняя атеистическая система создала атмосферу глубокого презрения по отношению к верующим людям?

Конечно же, было дискомфортно, когда ради одного ученика оставляли всю школу и выводили его, чтобы посмеяться и унизить перед всеми. Но если говорить о моих сверстниках, то многие меня уважали и не понимали, зачем учителя так поступают. Не буду скрывать, было больно и обидно иногда. Когда ты не можешь жить, как другие ученики, и тебя презирают только за то, что ты перестал ругаться, драться, говорить плохие слова и желаешь добра людям. Это все в той или иной мере отражалось на мне.

А как насчет пионерского галстука, носили?!

Октябренком был. Но когда пришел период ношения пионерского галстука – я от него отказался. Обычно, когда я приходил в школу, то галстука не было у меня и еще у самых злостных хулиганов. И это сразу бросалось всем в глаза.

В сентябре 2004 года, когда террористами была захвачена школа в г. Беслане, и весь мир застыл в ожидании, что делала ваша церковь и вы лично в эти три дня?

Об этом очень непросто вспоминать. Этот период всколыхнул весь мир. И, как это не- парадоксально, в эти дни молились не только верующие, но и неверующие люди. Я очень отчетливо помню, как даже мужчины, не стесняясь своих слез, в буквальном смысле воздевая руки к небу, молились прямо на тротуарах, на углах, в подъездах. Это был общий вопль, который был услышан Богом. Городок у нас небольшой, около 30 тысяч жителей, поэтому наша церковь всегда была на виду, а в эти дни особенно. И, конечно же, мне, как служителю, разные люди задавали вопросы: где ваш Бог?

Почему Он не отвечает? Почему Он допустил то, что в моей семье и в семье моего старшего брата, который также пастор церкви, больше всего детей оказались в заложниках? Когда твои дети в беде, а ты ничего не можешь сделать, и к этому еще и давление со стороны других людей – это был очень тяжелый период в моей жизни и служении. Да, мы молились и верили. Может быть, даже больше надеялись, что как-то это все разрешится благополучно. Но мы знаем, что потом произошло. По большому счету, нет разницы, кто первым нажал на спусковой крючок. Более 300 погибших, и в основном- это дети. Я не буду давать всему этому оценку. Но могу сказать, что этот, как и многие другие подобные случаи, на самом деле — духовная война. Бог дает жизнь, а враг душ человеческих уничтожает ее. Кто-то может сказать, что сатана в этой борьбе преобладает. Но это не потому, что Бог не может. Это потому, что мы, люди, занимаем сторону сатаны, когда мы не можем примириться. А ведь многие вопросы можно решить путем простых разговоров, снизойдя друг к другу, пытаясь просто понять другого и пойти ему навстречу.

Насколько я знаю, две ваши дочери, Дзерасса и Анна, не смогли выжить и ушли на небеса. Как вы нашли в себе силы после этого идти к другим людям, утешая их и призывая к прощению?

Только спустя 4 года после трагедии, я начал осознавать, насколько все тогда было серьезно. После 3 сентября, почти весь город превратился в одни сплошные похороны. В некоторых корпусах, где проживали люди, было вырвано целое поколение. Там остались или старшие люди, или дошкольники. Мы, конечно же, считали своим долгом посещать другие семьи, чтобы их поддержать. Когда же, на некоторых похоронных процессиях начали раздаваться крики о справедливом возмездии, мне Бог дал эту силу. Я сам бы никогда этого сделать не мог. Вокруг были люди, обезумевшие от тяжелых потерь и требовавшие справедливого возмездия. И выйти перед ними, чтобы призвать их к миру, прощению — это было достаточно серьезно. Но Бог давал мне силу, и я выходил перед толпами людей. Я сам удивлялся тем, что наступала абсолютная тишина, даже плакать переставали. И это потому, что сила слова в Боге достигала людей, и приносила в их сердца мир и тишину. Ни разу никто меня не перебил и, я уверен, что это была работа Святого Духа.

Не было ли разочарования верующих в вашей церкви? Ведь для многих их молитва оказалась не услышана.

Насколько я помню, то церковь после этих событий, наоборот, еще больше сплотилась. Даже не столько в эмоциях, вызванных горем, сколько в молитвах, в посещениях друг друга. Верующие были едины в том, чтобы сделать что-то хорошее и поддержать один другого. Ни одного случая, что бы кто-то сказал: «Мне такой Боге не нужен!» или «Мне такая вера не нужна!» — я не помню. И это тоже милость Божия.

Ваш сын Азмат ,хотя и получил тяжелые ранения, но выжил, благодаря тому, что кто-то из бойцов спецназа прикрыл его собой. Но при этом он сам погиб. Вы смогли встретиться с родными погибшего?

Это особая страница в моей памяти. Вы, наверное, согласитесь с тем, что если кто-то оказал добро вашему ребенку – это намного больше, чем он бы сделал добро вам. Когда начался штурм школы, боевики забаррикадировались в одном из помещений. Они взяли с собой несколько детей и прикрывались ими, как живым щитом. Среди них был и мой сын Азмат. По его словам, боевики, убегая из этого помещения, бросили туда гранату. Один из сотрудников спецподразделения «Альфа», в доли секунды, приял решение. Он накрыл собою гранату, спасая детей. Он погиб. Мой сын получил ранения в глаз, спину, в нескольких местах на теле был ожог, но он выжил. Этот боец был, пожалуй, единственным из спецназа, который погиб от ранений в грудь и лицо. Остальные погибали от пуль в спину, когда они выносили и прикрывали собою детей. Получилось так, что мама погибшего приехала к нам в Беслан через несколько лет после трагедии, на одну из годовщин. И на мероприятии, которое проходило в Районном доме культуры, вместе с моим сыном, мы подошли к ней. И я сказал ей: «Жизнь вашего сына продолжается в мальчишках, которых он спас, и один из них – это мой сын». Я был поражен стойкостью этой женщины, добротой ее голоса и мягкостью слов. Потерять сына в таких обстоятельствах и остаться такой доброй, сердечной – это не каждому дано.

Если посмотреть на события в современном мире, то вокруг нас межрелигиозные, идейно-политические и даже братоубийственные конфликты. Что можно сделать для примирения?

Мы знаем из Священного Писания, что будут войны и смятения, восстанет брат на брата, по причине умножения беззакония во многих охладеет любовь, так, что для нас не удивительно то, что сейчас происходит. Но при всем этом умножающемся зле, Слово Божие обращается к людям и говорит о том, что каждый должен остановиться на путях своих, посмотреть вокруг, найти добрые пути и пойти по ним. В откровении написано «Праведный да вторит правду еще и святой да освящается еще». Не все зависит от политиков. Кто нам мешает утром, когда мы идем на работу, просто улыбнуться соседу и поприветствовать его, вместо того, чтобы накапливать в сердце какой-то негатив.

Нужно ли прощать тех, кто не просит прощенья?

А кто больше нуждается в прощении: тот, который виноват, или тот, который обижен? Когда я обижен, и держу в себе не прощение, это уничтожает меня больше, чем того, кто меня обидел. Поэтому, когда меня спрашивают прощать, или нет – я всегда отвечаю: «Любишь себя – прощай! Хочешь, чтобы тебе было хорошо – прощай!

Нет ли в вашей церкви каких-либо трудностей, связанных с языком, культурой, национальными традициями?

О церкви могу сказать, потому, что это моя жизнь. Хотя, я наверно не самый лучший вариант пресвитера. У нас кроме осетин, есть еще представители 6-7 национальностей. Одна сестра их Чувашии. Никаких проблем это нам не создает. Осетины вообще очень терпимы и лояльны к другим национальностям и культурам. Хотя, если говорить о мире в целом, то эта проблема сейчас ощущается.

Если бы вы вдруг узнали, что вам осталось жить совсем немного времени, на что бы вы потратили оставшиеся дни, часы, минуты?

А мы это знаем из Писания. Господь наш может прийти за церковью, или лично за нами, в любую минуту. Жить по заповедям Христа, сеять жизнь, добро, тепло, любить жизнь, любить, не смотря ни на что, любить тех, кто рядом, помогая им в жизни. Это просто. Кто-то, может быть, скажет, что это даже не по — библейски. Но это те жизненные законы, которые вложены в нас самим Господом.

Многие верующие из тех церквей, которые вы посетили, очень ободрились. Что бы вы пожелали молдавским баптистам?

Верующие ваших церквей были ободрены не мной, а Господом, потому что любовь Божия действует и в Молдове. Независимо от того, или мы в беде, или в успехе, я бы пожелал всем остановиться от темпов сегодняшней жизни. У нас не только не хватает времени для общения, но иногда и для обеда.

А как это возможно?!

Очень просто: выключите на время свой сотовый телефон, выдерните из розетки ваш компьютер, выключите телевизор, хотя бы на один день. Хоть иногда зайдите в свою комнату, затворите дверь и побудьте в тишине. Вспомните свое детство, мудрые советы, которыми вас когда-то наставляли. Просто остановитесь и посмотрите на себя со стороны, и тогда вы многое поймете и узнаете, что нужно вам изменить в вашей жизни.

И еще хочу пожелать, чтобы никогда не теряли своей веры. Ни при каких обстоятельствах не оставляете своей веры. Нет ничего в этой жизнивыше Бога и важнее спасения. Поэтому, любите жизнь, и свои взоры направляйте только к небесам.

 

 

Читайте также:


Ůꡌﬨ󣹠ƕힿ