RO / RU

Исповедь спец агента

Просмотров: 792

дабы испытанная вера ваша оказалась драгоценнее гибнущего, хотя и огнем испытываемого золота, к похвале и чести и славе в явление Иисуса Христа,(1Пет.1:7)

Когда мы возвращались домой, у нас было приподнятое настроение. Трудно сказать, что больше всего вызывало нашу радость. Может, мы ещё находились под впечатлением прошедших пасхальных праздников. Может, встречи с нашими родными на Украине оживили нас. А может, радовались тому, что помощь нашим родным в посадке картошки уже позади.

Наша семья была в полном составе. Машина легко бежала по дороге в направлении Могилёва Подольского.

По дороге мы подобрали попутчика. Это был мужчина, чуть старше сорока. Он оказался человеком общительным. Завязалась непринужденная беседа. Мужчина обвёл взглядом наших четверых сыновей.

-Это все ваши детки?

-Наши — с гордостью ответил я.

В машине звучала музыка группы «Пилигрим». Время от времени мы с женой подпевали наши любимые псалмы.

— Извините за такой вопрос, а вы случайно не верующие?

-Верующие. И совершенно не случайно, – отшутился я.

— А к какой деноминации вы принадлежите?

«Интересно, – подумал я, – как грамотно вопрос-то задал».

— Я пастырь баптистской церкви.

-Понятно. Когда-то я тоже имел некоторое … совершено косвенное отношение к верующим. – задумчиво, как-то с грустью, сказал он.

После некоторой паузы я спросил:

— Что, может, посещали церковь?

-Да не в этом дело.

Он продолжал задумчиво молчать.

— Может, кто-то из близких посещал церковь?

— Да нет. Знал я когда-то и баптистов, и пятидесятников, и адвентистов … Трудно об этом вспоминать. Трудно и стыдно…

И он снова погрузился в задумчивое молчание.

-Ну, если неприятно, то может и ненужно вспоминать. Вас ведь никто не принуждает рассказывать об этом.

-Нет уж, если я начал об этом разговор, значит, уже решился на рассказ, и отступать не буду… Наверно нужно кому-то рассказать. Очень совесть мучает. Может это будет моей исповедью, что ли.

Это было в мои студенческие годы. В 1985 году я учился в университете в Виннице. Это было время преследования всех сектантов за веру. Многие верующие тогда много пострадали. И я принимал активное участие в этих преследованиях. Всё это делалось под эгидой комсомола.  Из таких, как я, активистов формировали специальные отряды.  На самом деле комсомол не имел к этому прямого отношения. Это было только прикрытием. А руководили нами спец. службы и КГБ. И структура у нас была как военная: комендант, его заместители, командиры отрядов и т. д. Я возглавлял один из таких отрядов. Много, очень много зла верующим было сделано нашими руками. Но тогда это виделось всё по-другому.  Мы думали, что выполняем свой долг. Задачей моего отряда было выявление молодых людей, попавших под влияние сектантов. Дальше сценарий был простой- выйти на группу верующей молодёжи, внедрится в группу, переписать фамилии посетителей. Сделать это было не просто, потому, что из-за преследований, им приходилось скрываться и быть очень осторожными. Но мы для этого проходили специальную подготовку.  Но самое главное – это было выявить их пастыря. Дальше мы составляли на него протоколы и передавали дело непосредственно в КГБ. Что с ними было дальше? Три протокола – административные наказания. Шесть протоколов – уголовное. То есть, суд и заключение.

Может, вы слышали о такой семье в Виннице, как братья Мельники. Один из них был пастырем и был посажен при моём участии… Много страшных грехов было сделано мною… Мы разгоняли собрания верующих и молодёжи. Бывало, что избивали их. Особенно активно работала моя группа в 1986 году.

1987 год – был годом разгара Перестройки. На верующих стали обращать меньше внимания и постепенно забыли о них. А нас перебросили на винницких наркоманов. Мы искали их сборища. Ходили по подвалам…

Я молча слушал эту исповедь, думая о молодых людях, которым приходилось спасаться от преследования мира. Против них создавались специальные отряды. Их разыскивали. Их запугивали. Их собрания разгоняли. Их избивали и сажали в тюрьмы. Вспомнил рассказ тещи. Она в студенческие годы очень хорошо училась в техникуме и тянула на красный диплом, но её исключили из техникума за веру. Но они продолжали верить. Они не искали дружбы с миром. Они искали защиты от мира в церкви и у старших братьев.

Бог учит нас: «Поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их». (Евр.13:7)

Почему же сегодня наша молодёжь подражает больше миру, чем своим духовным отцам? И сегодня церквям и старшим братьям приходится защищаться от мира, который приносит туда современная молодёжь. Почему часто молодёжь не хочет считаться с мнением тех, кто прошел это горнило? Ведь им известно истинное лицо мира, которое скрывается сегодня за дружелюбной маской. Неужели обязательно нужны гонения, чтобы научить молодёжь святости и верности Господу?

Мы въехали в Могилёв Подольский. Незнакомец попросил остановить машину, чтобы выйти.

— Вы знаете, ваше свидетельство очень интересно. Бог простит вас, если вы обратитесь к Нему. Я тоже когда-то был комсомольским лидером, и мне приходилось оказывать давление на верующую молодёжь. Но Господь помиловал меня, как помиловал когда-то Савла. И сегодня я — пастырь церкви. То, что вы рассказываете, бесценно для людей, прошедших гонения. Сегодня им часто возражают, что это всё в прошлом. Что вообще они сгущают краски, и ничего особо страшного не происходило.

От этих слов он как-то напрягся. Сжал кулаки. И с какой-то горечью, отчеканивая каждое слово, произнёс:

-Не происходило?! Сгущают краски?! А знают ли те, кто так говорит, что такое, когда в небольшой комнате, так что и продохнуть не где, собирается восемьдесят человек, третья часть из которых — дети. Собираются Богу молиться. И туда через открытую форточку забрасывается взрывпакет! А им деться некуда! Это страшно?

На его глазах выступили слёзы:  -Может Бог и хочет простить меня. Но мне пока трудно себя простить.

Он повернулся и молча пошел прочь.Наше настроение сменилось задумчивостью. Молча мы продолжали остаток пути, приближаясь к дому.

Не знаю, увижу ли я когда-то этого человека. Но я знаю одно, если он обратится к Господу, он никогда не будет спорить с теми, кто прошел горнило очищения через гонения, о том,0 что мирское, а что нет, и что допустимо сегодня в церкви, а что недопустимо.

Автор: Александр Полищук

 

Читайте также:


Ůꡌﬨ󣹠ƕힿ